Отряд Зурина должен был выступить из города в тот же день. Нечего было медлить. Я тут же расстался с Марьей Ивановной, поручив ее Савельичу и дав ей письмо к моим родителям. Марья Ивановна заплакала. «Прощайте, Петр Андреич! — сказала она тихим голосом. — Придется ли нам увидаться, или нет, бог один это знает; но век не забуду вас; до могилы ты один останешься в моем сердце». Я ничего не мог отвечать. Люди нас окружали. Я не хотел при них предаваться чувствам, которые меня волновали. As Zourine's detachment was to leave the town that same day, and it was no longer possible to hesitate, I parted with Marya after entrusting her to Savéliitch, and giving him a letter for my parents. Marya Ivanovna began to cry. "Farewell, Pyotr Andreich!" said she in her quiet voice, "God only knows whether we shall see each other again, but I shall never forget you; and you will remain in my heart to the grave." I could answer her nothing, not wishing to give way to the feelings of my heart before the bystanders.

Notice the sudden change of "вы" into "ты" in the last sentence Marya Ivanovna spoke. It means a lot, and I cannot imagine any way how it could be rendered into English.